Эти средневековые могилы выглядели как семейные захоронения. ДНК рассказала другую историю

Новое исследование Стокгольмского университета, опубликованное в Science Advances, проанализировало ДНК 142 человек эпохи позднего викингов и Средневековья, включая более 60 детей и подростков из могил в Сигтуне, Вестерхусе и Фьелькинге. Выяснилось, что близкие биологические родственники были на удивление редки среди людей, погребённых в одной могиле, даже в некрополях, где среди более широкой популяции находили много семейных связей. Это означает, что совместные захоронения взрослых и детей часто не отражали принадлежность к одной нуклеарной семье.

Как отмечают исследователи, археологи давно спорили о том, кем были люди, похороненные вместе в таких могилах, и древняя ДНК наконец позволила напрямую проверить эти интерпретации. По словам Майи Кшевиньской, в большинстве случаев взрослые и дети в одной могиле не были родителями и детьми или другими близкими родственниками; на выбор погребения влияли социальные, религиозные и общинные факторы. Кроме того, анализ ДНК позволил определить биологический пол детей, чьи кости были слишком молоды для надёжной идентификации, и показал, что мальчики и девочки часто следовали тем же кладбищенским обычаям, что взрослые мужчины и женщины. В Вестерхусе мужчин и женщин обычно хоронили по разные стороны церковного двора, и детей размещали по той же схеме, что указывает на раннее признание гендерной идентичности. Среди погребённых в Вестерхусе реконструирована история «леди 56»: ДНК связала её с родителями, братом и двумя дочерьми, а в её могиле нашли раковину гребешка — символ паломничества в Сантьяго-де-Компостела.

По мнению авторов, находки показывают, что археогенетика способна раскрыть гораздо больше, чем биологические семейные связи. Сочетание древней ДНК с археологическими данными позволяет реконструировать, как были организованы средневековые сообщества, как относились к детям, как религиозные обычаи формировали погребальные практики и как люди были связаны друг с другом при жизни и после смерти. Это также демонстрирует, что древняя ДНК может напрямую проверять давние археологические интерпретации и менять представления о совместных захоронениях, социальной структуре и мобильности в средневековой Скандинавии.