Физиологические особенности пространственного обучения и сложного пищевого поведения у крысят после гипоксического воздействия

Актуальность. Перинатальная гипоксия — одна из ведущих причин отдалённых нарушений высшей нервной деятельности; при этом характер её влияния на половой диморфизм когнитивных функций остаётся недостаточно изученным.
Цель. Оценить формирование пространственного обучения и сложного пищедобывательного поведения у крысят, перенёсших острую нормобарическую гипоксию (ОНГ) в раннем онтогенезе, с учётом полового диморфизма.
Материалы и методы. Работа выполнена на потомстве крыс Wistar (328 крысят: контроль — 164, опыт — 164, поровну самцы и самки). На 2-е сутки постнатального развития (Р2) животных опытной группы подвергали 2-часовой ОНГ (8% O₂, 92% N₂; 37 °C); контроль экспонировали в нормоксии. На 42–47-е сутки пространственную память оценивали в лабиринте Барнс (6 дней), выработку условного рефлекса на место кормления — в сложном пищевом лабиринте (4 дня). Данные обрабатывали методами ANOVA/MANOVA с post-hocкритерием Фишера (LSD); различия считали значимыми при p<0,05.
Результаты. Обучение происходило в обеих группах, но у перенёсших ОНГ — достоверно медленнее. В лабиринте Барнс латентный период к 6-му дню у контроля снижался на 78,6% (самцы) и 56,8% (самки), у опытных животных — лишь на 47,1% и 48,6%; на заключительном дне латентный период опытных самцов превышал контроль на 200%. Аналогичное отставание получено по числу ошибок и в сложном пищевом лабиринте. Ключевой находкой стала инверсия полового диморфизма: в норме самки обучались точнее и быстрее самцов, тогда как после ОНГ они уступали самцам и демонстрировали наиболее глубокий дефицит — к концу обучения примерно вдвое больше ошибок, чем у контрольных самок. Значимость факторов «ОНГ», «пол» и их взаимодействия подтверждена дисперсионным анализом.
Заключение. Острая нормобарическая гипоксия на Р2 вызывает стойкий дефицит пространственного обучения и памяти, сохраняющийся до подросткового периода, и извращает нормальный половой диморфизм высшей нервной деятельности, делая самок более уязвимыми. Полученные данные обосновывают учёт фактора пола при моделировании перинатальной гипоксической патологии мозга.